Написать эссе по заданиям

?Прочтите предложенную статью, проанализируйте её с точки зрения теории аргументации – к какому виду относится приведенная автором аргументация (разберите по фрагментам), опишите её (опираясь на знания, полученные из учебника и из книги Поварнина).
?Если вы можете вычленить рассуждение того или иного типа – охарактеризуйте его и выделите структурные моменты (аргументы, тезис), является ли то или иное умозаключение позитивным (аргументацией) или негативным (критикой), какая стратегия и тактика использовалась автором.
Проанализируйте и опишите, какие психологические приёмы и уловки использует автор для убеждения публики. Если вы нашли какие-либо нарушения правил аргументации – укажите их.

*Курсивом в начале текста выделена информация о дискуссии, предшествующей реплике автора. Её анализировать не надо, только лишь прочесть, чтобы понимать, о чём речь.

Кони А.Ф.
ВЛАСТЬ СУДА В ПРИМЕНЕНИИ НАКАЗАНИЯ
(в Кавказском юридическом обществе)
30 апреля 1895 года в заседании Кавказского юридического общества в г. Тифлисе член общества А.А. Красовский сделал подробный доклад «О дискреционной власти суда по проекту Уложения о наказаниях», в котором, между прочим, доказывал, что проект нового Уложения дает слишком большую власть суду при избрании им наказания за совершенное преступление. Между определенным в проекте наименьшим и наибольшим наказанием за известное преступление существует громадная разница, вследствие чего судейскому произволу открывается широкий простор. Исключая таких недробных наказаний, как смертная казнь и поселение, по всем остальным наказаниям, как, например, каторга, тюрьма и заточение, судья за одно и то же преступление будет во власти назначить наказание от 2 месяцев тюрьмы до 15 лет каторжных работ. Мотивами такой реформы для проекта Уложения служили составителям его: а) пропорциональность между преступлением и наказанием; б) доверие законодателя к судье и в) пример западных государств. Но ни одно из этих положений не выдерживает критики и приводит к убеждению, что проект представляет слишком большой и опасный простор для произвола судьи. Весьма трудно определить соразмерность субъективную между наказанием и преступлением. Если предоставить такой произвол судье, то он внесет в дело свои впечатления, свой взгляд, свою культуру, а не взгляд и намерения законодателя; судья будет высказывать свою волю, он станет назначать, например, за сопротивление властям или за кражу такие ничтожные наказания, что тем самым как бы упразднит действие закона и в руках судьи законодатель явится побежденным. Получивши такую громадную власть, судья уже не будет обращаться к Высочайшему помилованию, так как в его распоряжении будет применение самых минимальных наказаний. При этих же условиях и присяжные заседатели перестанут осуждать виновных ввиду того, что судья может назначать уменьшенные, фиктивные наказания. Не надо упускать из виду, что судья способен слишком субъективно относиться к делу. Ему трудно соразмерить данное деяние с личностью преступника и установить справедливое наказание за преступление. Судья, погружаясь в мелкие подробности процесса, часто упускает из виду интересы общества, охраняемые законодателем, а потому при широкой свободе способен идти вразрез с намерениями законодателя и взглядами общества и вызвать негодование последнего. Между тем он не должен забывать, что он только поверенный общества. Предоставление полной свободы судьям не может вообще привести к желательным результатам. Как бы ни был стеснителен закон, его надо исполнять по неизменному правилу: duralex – sedlex, ибо взгляд законодателя объемлет более широкие горизонты, чем взгляд судьи. Поэтому законодатель часто не доверяет судье. Если же он вынужден вообще допустить власть судьи при определении наказания, то это с его стороны риск ввиду того, что трудно все регламентировать, и в предположении, что судья не будет злоупотреблять, Это доказывается тем, что закон из недоверия к судьям гарантирует лиц, обращающихся к ним, от них, как от врагов; устанавливает для этого коллегию из 3 судей, допускает в суде стороны, апелляцию и т.д. Ссылаются, что гарантией правильного применения судьей закона служит его «судейская совесть».